buster.nsh@gmail.com
   
   
  ENGLISH   VERSION
 
   
 

ГЛАВНАЯСТАТЬИГОСТЕВАЯ

 
 
 

Михаил Ахманов

РОБЕРТ СИЛЬВЕРБЕРГ.

ПОЧТИ НЕВЕРОЯТНАЯ ИСТОРИЯ

1 декабря 2010 года я получил мейл следующего содержания:

"the American science-fiction writer Robert Silverberg. Many of my books have been published in Russia, but I am unable to read Russian and so have not been able to order them on line from sites like Ozon.ru.

I will be visiting St.Petersburg next May. Is there a science-fiction bookstore in St.Petersburg where I might be able to buy my books, or find someone who speaks English who could help me order them? Is there any bookstore in the city that could help me?

With my thanks -
Robert Silverberg".

Для тех, кто не знает английского, переведу:

"Я американский писатель-фантаст Роберт Сильверберг. Многие мои книги были изданы в России, но я не читаю на русском и не могу заказать их он-лайн на сайтах, подобных Озон.ру.

Я собираюсь посетить Санкт-Петербург в следующем мае. Есть ли в Санкт-Петербурге книжный магазин фантастики, где я мог бы купить свои книги, и найдется ли кто-нибудь, кто говорит на английском и поможет мне заказать их? Есть ли в городе какой-то книжный магазин, в котором могли бы мне помочь?

С благодарностью,
Роберт Сильверберг".

Знаете, о чем я подумал, получив это письмо? Что это, возможно, розыгрыш, шутка одного из моих приятелей-писателей. Я переписываюсь со множеством людей в России и сопредельных странах, с писателями из Чехии, Польши, Болгарии, с диабетиками в Штатах, Германии, Израиле и даже Австралии. С ними я переписываюсь на русском, а в тех редких случаях, когда нужно послать письмо на английском, мне его переводят друзья, так как английский я знаю плохо, могу только читать.

В общем, разный народ мне пишет, но классики до сих пор не попадались! О том, что у меня множество корреспондентов во всяких городах и весях, знают мои друзья, а среди них есть изрядные шутники. Могут изобразить письмо от Роберта Сильверберга, а могут - от президента Обамы.

Так что я ответил осторожно, в том смысле, что готов поддерживать контакт и, вместе со своими коллегами, оказать помощь в приобретении книг. Мы вступили в переписку, и со второго письма Роберта стало ясно, что я - не жертва розыгрыша, что предо мной настоящий неподдельный Роберт Сильверберг! Это было для меня огромной радостью. Вскоре выяснилось, что наши предки происходят из близких мест в Белоруссии, только дед и бабка Роберта отправились в Америку, а мои - в Петербург. Затем Роберт написал, что приезжает всего на несколько дней, с 28 мая по 1 июня, так как они с женой Карен очень хотят посмотреть Эрмитаж, и что в России они будут впервые. Мы договорились встретиться в каком-нибудь экзотическом ресторане, и я предложил "Баку" с азербайджанской кухней.

Как любому писателю, Сильвербергу хочется собрать все свои книги, изданные во всех странах мира. На русском его печатали много, но в "лихие девяностые" гонорар не платили и книг не высылали. К первому, то есть к невыплаченным гонорарам, он относится спокойно, а вот книги ему хотелось бы получить. Он прислал мне список примерно на два десятка изданий, и в моей библиотеке сразу нашлись четыре книги. Я очень люблю его романы. Первый из них "Lord Valentine's Castle" (теперь эта книга есть у меня с автографом автора) я прочитал на английском в 1991, понял, какой замечательный писатель Сильверберг, и затем покупал его книги в переводах на русский. Так что я отправил Роберту четыре нужных ему издания и вывесил список на своем сайте, откуда он, стараниями московского критика Байкалова, перекочевал в "Живой журнал". Почитатели Сильверберга прислали мне десяток книг, я переправил их бандеролями в Штаты, и в результате список сократился до четырех-пяти названий. Я полагаю, что это самый лучший способ продемонстрировать любовь российских фэнов к Сильвербергу.

Такова предыстория нашей встречи, которая состоялась 30 мая. Я не буду касаться довольно обширной переписки между нами и того, о чем мы, наши жены и наш милый переводчик Лена Воронько говорили за обедом - это, в конце концов, дела личные. Но вечером Сильверберг появился на заседании нашей секции фантастики, последней в сезоне 2010-2011 годов, и провел небольшую пресс-конференцию. Для нас, читателей и переводчиков Сильверберга, это был щедрый подарок.

Теперь я перехожу к самому интересному и важному, к тому, что он говорил, отвечая на вопросы. Он позиционирует себя в качестве автора н а у ч н о й ф а н т а с т и к и, и я, прочитав четыре десятка его романов, думаю, что Сильверберг понимает НФ весьма широко, включая в этот жанр социальную и юмористическую фантастику, утопии и антиутопии, исторические реконструкции, но, разумеется, не мистику и фэнтези. Он с сожалением относится к явному упадку жанра, к современной тенденции эксплуатировать тему вампиров, вурдалаков и т.д.; он полагает, что о вампирах все сказано у Брэма Стокера, а остальное - спекулятивные ужастики для скудных разумом персон. Любопытно его мнение о "золотом веке" англо-американской фантастики, эпохе сороковых-восьмидесятых - возможно, даже девяностых годов. Как известно, в этот период трудились великие фантасты, Хайнлайн, Брэдбери, Азимов, Фармер, Кларк и другие, к ним примыкали писатели меньшего калибра, но тоже весьма талантливые, и таких авторов было сотни две (это моя оценка - М.А.). Интерес к фантастике породил в США массовый спрос на этот литературный жанр, издатели получали хорошие доходы, и множеству писателей, уже не очень талантливых, тоже хотелось заработать. Это закон капитализма, пояснил Сильверберг; есть спрос, будет и предложение. В результате хлынули потоком некачественные книги, "опустившие" жанр, раздулся огромный мыльный пузырь, и вдруг писатели-эпигоны обнаружили, что читателей на всех не хватает.

Очень едкое замечание! Не ожидает ли нечто подобное современную отечественную фантастику?.. Она расцвела в середине девяностых и вроде бы цветет до сей поры, но в массе качество падает. Наш мыльный пузырь уже велик, сотни романов, тысячи повестей и рассказов ежегодно - не лопнет ли он в скором времени? Есть о чем подумать...

Сильверберг упомянул, что в настоящее время в США практически сравнялись объемы продаж электронных и бумажных книг. Он не видит в этом ничего плохого и, тем более, угрожающего благосостоянию писателей - за электронные книги тоже платят гонорар. Более опасным является сокращение читательской аудитории за счет компьютерных игр - этот рынок по объему намного превосходит книжный. Сам Сильверберг не пользуется электронными "читалками", имеет большую библиотеку обычных книг и читает только такие издания. Он уверен, что никаких глобальных катастроф с бумажной книгой не произойдет, она несомненно сохранится, хотя ее потеснят электронные публикации.

Из других заданных Сильвербергу вопросов мне вспоминаются два: кто из англо-американских писателей-фантастов жил только за счет литературного труда?.. как Сильверберг относится к другой стороне своего творчества - к научно-популярным книгам? (Кстати, он написал их несколько десятков).

Отвечая на первый вопрос, Сильверберг назвал очень немногих авторов: Кларк, Хайнлайн, Пол, еще пять-шесть имен, включая его самого. В своей жизни он, на протяжении пятидесяти пяти лет, занимался только литературным трудом.

Ответ на второй вопрос был таким: в какой-то момент Сильверберг обнаружил, что может рассказать читателям как фантастическую историю, так и любую другую. Это открытие привело его на стезю популяризации; он перечислил ряд тем, которые его интересовали, и выпущенные им книги. Этот труд требует знаний, подчеркнул он, знаний и искусства передать их читателю в понятной и занимательной форме. При этом любую тему, прежде ему незнакомую, приходилось изучать, и, говоря образно, в каждом таком случае он заканчивал университет по новой специальности.

Мы знаем Роберта Сильверберга прежде всего как творца мира Маджипура, так что вопросы об этой эпопее были неизбежными. Наиболее подробный и очень любопытный ответ касался вопроса, как ему пришла идея "Замка лорда Валентина". Передаю его рассуждения по памяти, своими словами.

Все началось с названия, внезапно всплывшего в уме: "Замок лорда Валентина". Требовалось ответить: кто такой лорд Валентин?.. каков его замок, где он находится?.. Сильверберг решил: пусть Валентин будет опальным владыкой, коего обманом лишили власти и даже собственного тела, а его огромный великолепный замок, откуда он правил миром, пусть венчает огромную гору, самую высокую на планете. После этого начался следующий этап - сотворение географии планеты и истории возникшей на ней цивилизации; нужно было населить этот мир разумными существами, животными и растениями, мысленно возвести города, придумать технологию и занятия жителей, их облик и обычаи, их особенности и манеру речи. Когда творение мира завершилось, пришел черед интриги: что случилось с Валентином?.. в какой ситуации он оказался?.. как он будет себя вести, какое примет решение?.. кто станет союзником главного героя, кто будет ему противостоять?.. Все это уже относится к разработке сюжета, после чего надо заняться персонажами, их именами, обличьем, профессией, манерой речи и так далее.

На мой взгляд, рассуждения Сильверберга особенно интересны в первой части, связанной с появлением и развитием идеи. Мы до сих пор не знаем механизма, порождающего новые идеи в науке и художественном творчестве; несомненно, это связано с уникальной организацией разума творцов, с глубинными и еще непознанными мыслительными процессами. Однако известно, что идеи могут возникать как в результате длительных раздумий, так и совершенно внезапно, спонтанно; временами "спусковым крючком" является внешнее воздействие, услышанное слово, мимолетно увиденная картина, а иногда такого воздействия вроде бы нет, и идея "выскакивает" словно чертик из коробочки. Воистину мистический случай! Роберт Сильверберг рассказал нам о довольно редкой ситуации, когда идеей стало будущее название книги, даже еще не название, а просто фраза, сочетание слов. Оно что-то пробудило в душе автора, и начался творческий процесс: ядро, зернышко, слово стало обрастать подробностями.

Закончу на веселой ноте. Один из присутствующих полюбопытствовал, какую свою книгу наш гость считает самой важной, самой значимой и любимой? "Покажите мне ладонь, - произнес Сильверберг и затем спросил: - Какой палец у вас самый любимый?" Потом он усмехнулся не без лукавства и все же назвал свои любимые романы. Кажется, их было ровно пять.

 

ПОРТРЕТ

 

Роберт Сильверберг подписывает книгу

 

За обедом

 

Сильвергберг в нашем Доме писателя

 

Сильверберг, Воронько, Балабуха

 

Сильверберг, Балабуха, Андреева